Кирина Раиса Петровна

КИРИНА Раиса Петровна

Почетный гражданин Чайковского муниципального района

 

Родилась 29 января 1937 года в семье агрономов. Отец ушел на фронт на четвертый день после начала войны, вернулся инвалидом. Мать всю войну прожила в селе Пустонино Рязанской области. Там семья и осталась жить. Вели небогатое хозяйство. Но даже в то трудное время образование в семье всегда было на первом месте. Школу окончила с медалью. Отец настоял на медицинском образовании дочери.

В 1960 году Раиса Петровна с отличием окончила Рязанский медицинский институт. Работала офтальмологом в Бурятии, городе Березники Пермской области.

В 1977 году судьба привела Раису Петровну в город Чайковский – муж Потапов Вячеслав Михайлович был назначен директором на Чайковскую ТЭЦ. В 1980 году она назначается заведующей офтальмологическим отделением ЦРБ. Через шесть лет, в 1986 году, ей присваивается высшая квалификационная категория и значёк «Отличник здравоохранения». В 1987 году Кирина назначается главным врачом Чайковской ЦГБ и успешно возглавляет её на протяжении 15 лет. В 2000 году ей присвоено звание «Заслуженный врач РФ». В 1994-2000 годах она являлась депутатом городской Думы. С мая 2004 года по настоящее время возглавляет МУП «Оптика».

Звание «Почетный гражданин города Чайковского» присвоено 25 января 2006 года на основе решения Земского собрания № 19 за большой личный вклад в организацию, становление и развитие офтальмологической службы в лечебных учреждениях, за достигнутые успехи в оказании лечебно-профилактической помощи населению и за большой вклад в развитие здравоохранения на территории Чайковского района.


 

Статья «В жизни важно иметь свое мнение» // Частный Интерес. - 2011. - 6 мая.

 

Школа, где получала среднее образование Раиса Кирина, была очень старинной. По словам нашей героини, из ее стен вышло много известных и талантливых людей России. «Учителя у нас были очень хорошие. Они были не просто урокодателями, но и воспитателями, - вспоминает Раиса Петровна. – Кроме них участие в нашем воспитании принимало все село. Хоть оно и было большое – три километра, но если ты что-то сделал вчера, то сегодня об этом уже узнают родители. Поэтому мы росли с высоким чувством ответственности за все свои поступки». Окончила школу Раиса с серебряной медалью, которая стала единственной в школе за последние сто лет ее существования. «Это было не потому что талантливых учеников не было, просто все письменные работы посылались в область, - рассказывает Раиса Петровна, -  и почему-то не утверждались. Педагоги были убеждены, что в то время был лимит медалей, поэтому много талантливых выпускников оставались без них».
Поступить в медицинский институт, как призналась женщина, настояли ее родители. «Мне самой очень хотелось на факультет журналистики или в геолого – разведочный, - делится Раиса Петровна. – Но отец, который прошел всю войну и получил много помощи от медиков очень твердо стоял на своем решении. А мы были воспитаны в послушании, поэтому ослушаться родителя не посмели». Уже через год обучения в мединституте Раиса поняла, что ни в какое другое учебное учреждение уйти она не сможет. «У меня появилась специальность с конкретной возможностью помочь людям», - отмечает Раиса Петровна.
Институт девушка окончила с красным дипломом и собиралась поступить в аспирантуру, но в это время вышло постановление, которое запрещало брать выпускников учебных учреждений в аспирантуру без опыта работы – «нужно было понюхать практического пороха». Вместе с десятью другими выпускниками Раису отправили в Бурятию, где ей необходимо было отработать три года.
«Мы оканчивали лечебное дело и в то время постдипломной специализации не было, - рассказывает Раиса Петровна. – Больница была вправе поставить нас кем угодно. Я же ехала с твердым намерением стать хирургом. Тем более, что я уже неплохо делала апендоэктомию и ушивала язвы». Когда выпускница приехала в Бурятию, она узнала, что хирург там уже имеется, и ей предложили работать окулистом. «Глазные болезни у нас преподавались на пятом курсе всего две недели, - рассказывает Раиса Петровна, – и я имела очень скромные представления об этой специализации. Но, подумав некоторое время, я согласилась. Так я и оказалась в этой специальности, в которой работаю по сей день. Я считаю, что многие вещи, как настоящая любовь, приходит не с первого взгляда. Первая любовь лишь озарение, а когда внедряешься в человека, дело, жизнь, нередко понимаешь, что именно это твое».
После трех лет удачной отработки Раиса Петровна вернулась  в родной институт уже будучи замужем и с твердым намерением поступить в аспирантуру. Но профессор, который возглавлял кафедру глазных болезней уехала, и аспирантуры здесь не было. «Мне предлагали другие специальности – институт очень хотел, чтобы я осталась у них, - вспоминает женщина, - но мне уже не хотелось бросать то дело, которое я начала и которое мне понравилось. Поэтому пришлось отказаться от аспирантуры в родном институте».
Как призналась Раиса Петровна, ей всегда хотелось работать в центральной России. До сей поры женщина ее очень любит, особенно Москву. «Пока я была в поиске места работы, муж очень терпеливо относился к моим  копаниям, - рассказывает Раиса Кирина. – Мне обязательно нужна была больница, где есть глазное отделение, потому что просто вести прием – это лишь полдела». Пока проходили поиски, деньги молодой семьи заканчивались, а прописаться в городе возможности не находилось. Тогда, прочитав объявление в газете о том, что в молодой город на Урале Березники требуется окулист, Раиса вместе с мужем поехала туда. «Приехали мы с двумя чемоданами и прикрученной к одному из них подушкой, - с улыбкой вспоминает Раиса Петровна. – В Березниках я устроилась во вторую областную больницу. Уже работая там, поступила заочно в аспирантуру в Москве». В березниковской больнице Раиса Кирина проработала 13 лет, и все это время мечтала, что уедет в Москву или Подмосковье. «В Москве на заводе ЗИЛа у меня работала одноклассница. У них при медсанчасти завода открывалось глазное отделение, куда требовалась заведующая, - рассказывает Раиса Петровна. – А я уже оперировала, у меня была высшая категория, и меня пригласили туда на работу и давали двухкомнатную квартиру». Абсолютно счастливая женщина уже собиралась начать упаковывать чемоданы для переезда, как тут ее мужу предложили место директора на ТЭЦ в Чайковском. «Я никогда не слышала про этот город, и всегда была холодна к Уралу, - рассказывает Раиса Петровна. – Я долго мучилась, выбирая, что делать. Надо отдать должное мужу, он не давил на меня, просто сказал, что эта работа ему интересна, но выбор остается за мной». На тот момент у Раисы Петровны было 8 интернов, которые зная о ее ситуации, напомнили ей о женах декабристов. «Они сказали мне, что женщины уезжали за мужем в Сибирь, а мне всего лишь предлагают переехать в Чайковский», - улыбаясь, говорит Раиса Кирина. Узнав, что в молодом уральском городе нет глазного отделения, но есть, где учиться детям (на тот момент в семье уже было двое детей, прим. автора), Раиса Петровна поехала за мужем. Уже в Чайковском Раисе Кириной пришлось с нуля создавать глазное отделение. Позже ей предложили должность главного врача, на которой она проработала 15 лет. По словам Раисы Кириной, в августе этого года исполнится ровно 34 года, как она проживает в Чайковском.
«Вот такими тропами меня вела жизнь, - говорит женщина. – Самое главное, что это был далеко не худший вариант, а может даже и лучший. Теперь, понимая уже многое, у меня нет сожаления о прожитом. Всевышний распоряжался так, чтобы у меня была возможность проверить свои возможности в самых разных ситуациях».
«Воспитание детей – это не простое пребывание с ними»

- Раиса Петровна, выслушав рассказ  Вашей жизни можно сделать вывод, что Вы верите в судьбу. Это так?
- Без сомнения, я фаталистка. Столько было разных ситуаций в жизни, когда можно было развернуть все по-другому, но все случалось так, как случалось. Например,  передо мной лежит приглашение на работу в Москву. А моего мужа - начальник цеха, не первой величины, вдруг приглашают на работу директором в другой город. Конечно, если бы я тогда сказала, что мы едем в Москву, он бы согласился, но я решила поехать за ним. Потом, ему предлагали еще более высокие должности в других городах, но я уже сказала мужу: «Поездили – хватит». Да и Чайковский уже стал родным городом. Хотя до сей поры, я люблю центральную Россию, не смотря на то, что она в последнее время изменилась.
- Ваша мечта о работе журналистом или геологом, как-то проявила себя в Вашей жизни?
- Я думаю, что нет, потому что в принципе никакой журналист из меня не получился бы. А геолог тем более, потому что я всегда тяготела к цивилизации. Я люблю комфортные условия, а когда понимаешь, что для того, чтобы просто вымыть голову нужно сначала нагреть воды, становится не по себе. Но страсть к путешествиям у меня все-таки есть. Мы вместе с мужем объездили массу стран. Но это были  путешествия в комфортных условиях. А когда человек сидит на одном и том же месте, ищет нефть или другие полезные ископаемые – это совсем другое.
- Вы много путешествовали. Какая страна вам больше всего нравится?
- Америка. Оба моих ребенка сейчас живут там. Это чудная страна, она дает возможностям человека развернуться по максимуму. Америка – страна, где народ очень доброжелателен, и где власть действительно для народа. Все, что рассказывают об Америке – басни. Конечно, нет идеальной власти, но там есть принципы, которые заставляют жить с уверенностью, что завтра будет лучше, чем вчера. В годы моей молодости такой была и Россия. В Америке не важно какие отношения у тебя с людьми, какую ты носишь фамилию, там важно только то, что ты сам из себя представляешь. Я это вижу по своим детям. Моя дочь Наташа заняла место работы, на которое было более 400 заявлений. Кроме того, Америка – страна с хорошими климатическими показателями. Там есть места, как наш Урал – это Колорадо. Особо мной любим Нью-Йорк, где русская речь слышна на каждом шагу. Там в любом учреждении, если необходимо, тебе предоставят переводчика. Моя дочь живет там. Мой сын Саша проживает под Сиэтлом. Сын живет в Америке уже 19 лет, а дочь – седьмой год. У них обоих двойное гражданство.
- Расскажите, пожалуйста, подробнее о своих детях.
- Они талантливые, умные люди. Саша окончил физико-технический институт, который готовит научных сотрудников. Во время учебы его работами заинтересовались сразу три университета за границей, оплатили ему дорогу. После того, как он в каждом из них поработал – подтвердили свои приглашения. Саша выбрал калифорнийский университет и первые 5 – 6 лет работал в Лос-Анджелесе. Основным требованиям к тем, кто работает в университете, было обязательное преподавание, чего мой сын не любит, в отличие от меня. Поэтому он ушел из университета, и сейчас занимается исследовательской работой в одной из фирм.
Наташа, как и я офтальмолог. Теперь она часто меня консультирует по разным вопросам, потому что американская медицина и наша – небо и земля. Когда дочь окончила Московский 2 мединститут, ординатуру и аспирантуру, в Америке ей пришлось пересдавать все заново и подтверждать квалификацию. Она снова проходила постдипломную практику, после чего ее взяли на работу. Я могу с уверенностью сказать, что ей приходилось просто «пахать», чтобы доказать, что она «не лыком шита». Зато теперь она работает в крупной клинике Нью-Йорка.
- Как Вы воспитывали своих детей? Какие жизненные принципы Вы старались им привить?
- Они сами воспитывались. Муж у меня был днями на работе, а я всю жизнь на полторы ставки. Я в воспитание детей вкладываю больше пример родителей, нежели непосредственное внушение чего-то хорошего. Поэтому естественно, что у родителей трудоголиков выросли трудолюбивые дети. Наши дети рано стали самостоятельными, они с детства понимали, что такое хорошо и, что такое плохо. В плане воспитания тогда очень хорошо помогала и школа, особенно, когда рос сын. Каких-то педагогических назиданий от родителей наши дети не слышали. Они росли и понимали,  что без труда не вытащишь и рыбку из пруда. У них это очень хорошо привилось. И теперь, когда я вижу, как моя Наташка ведет прием, я горжусь ей.
Оба моих ребенка окончили школы с медалью: Саша – с золотой, Наташа – с серебряной. У обоих красные дипломы, научные степени. Они умны и талантливы, а главное трудолюбивы, что, как я считаю, является основой успеха в любой специальности.
- Раиса Петровна, говорят, что сейчас у молодежи есть больше возможностей. Как Вы считаете, это так?
- Без сомнения. Анализируя то, что было и, что есть сейчас я скажу, что это действительно так. Взять хотя бы тот же ЕГЭ. Все его ругают, а мне кажется, что это очень хороший вариант, так как у детей есть возможность послать его результаты сразу в несколько учебных заведений, а потом выбрать, что тебе действительно нравится. Сейчас нет обязательного распределения, открыты заграничные горизонты. Знаете, заграничный мир шагнул далеко вперед и это совершенно очевидно. А в России сейчас во главу угла поставлена плата за образование. Я бы никогда в жизни не стала в бедной стране вводить платное высшее образование. Я много лет преподавала в медицинском училище. Мне нравится работать с молодежью. Я понимаю, что им принадлежит будущее, но если человек заплатил за обучение – это сразу видно. Он не тянется к знаниям, но его тянут, так как он несет некий доход образовательному учреждению. Поэтому, наверно, в последние годы интерес к российскому образованию за границей угас. В Америке очень осторожно стали брать на работу русских. Потому что они приезжают с красивыми бумагами, но на деле либо не хотят работать, либо просто не умеют. Мне становится страшно за наше общество, в котором стало возможно получить бумагу об образовании, имея в запасе лишь деньги.
- Что кроме этого Вас еще волнует?
- Школьные реформы. Я с ужасом читала, что русский язык станет необязательным. В нашей сельской школе нам преподавали логику и психологию, чтобы разговаривая с людьми, мы могли правильно и логично излагать свои мысли. Сейчас же это становится необязательным. Но обязательным предметом объявили физкультуру. Нет, я ни в коем случае не против нее. Человек должен быть здоров физически, но без знаний и мыслей в голове, это лишь будет здоровый бугай, не больше. А потом мы читаем об извращениях, от которых волосы на голове встают дыбом.
Сейчас очень много стало протекционизма. Конечно, он всегда имел место, но не в таких масштабах. У нас в группе была лишь одна девушка, которая поступила по блату. И все знали кто это. Потому что человек никак себя не проявлял и знаниями не блистал. Как писал мой любимый Визбор «Все на продажу понеслось и что продать, увы, нашлось. В цене все то, что удалось и спрос не сходит на интриги».
- Раиса Петровна, судя по Вашим словам, Вы жалеете о том, что страна изменилась.
- Очень жалею. Но, когда я бываю в других станах, у меня нет желания жить там. У меня дети утвердились, и много лет живут в Америке, но они остались русофилами. И когда мы говорим о каких-то плюсах и минусах нашей страны – это не для того, чтобы заляпать, а от того, что нам просто обидно за страну. У нас многое вводится под эгидой того, что мы вводим что-то новое, но результаты обычно совсем не радуют. Это коснулось многих моментов. Например, медицина. В 80 – е годы в Алма-Ате проводилось большое совещание Всемирной организации здравоохранения, на котором пришли к выводу, что самая лучшая организация первичной медицинской помощи в России. Не оснащенная новейшими диагностическими методами, лекарствами – она все равно была признана лучшей. А все потому, что она выходила на человека.
А сейчас, парадокс – Минздрав возглавляет бухгалтер. Причем она искренне верит, что те деньги, которые были выделены на медицину, пошли на благо. А как они были распределены и, что из этого вышло ее уже не интересует. Недавно выступал Рошаль и сказал, что она делает совсем не то, что нужно. А она вместо того, чтобы пересмотреть свои действия, пишет жалобу Путину. Я ничего не имею против этой женщины, она мне вполне симпатична, но она бухгалтер и занимает не свое место. Почему бы ей не попробовать поработать в сельском хозяйстве, которое возглавляет кардиолог с 14 – летним стажем.
У нас в стране перестали цениться специалисты и их мнения. Вот о чем я больше всего сожалею. Почему у нас главный врач зарабатывает в десять раз больше, чем рядовой врач? От этого и происходит развал медицины и других отраслей. Человек, который действительно делает дело, просто теряет интерес, он не понимает зачем он вообще нужен.
С другой стороны мне нравится, что сейчас есть все в магазинах (улыбается),  что распахнулся мир, что через интернет молодежь может узнать больше, чем сидя день в библиотеке. Я считаю, что у каждого времени есть свои плюсы и минусы.
- Раиса Петровна, в первую очередь Вы кто: врач, женщина или мама? Что для Вас стоит на первом месте?
- Без сомнения на первом месте у меня стоят дети. Но поверьте моему материнству никогда не мешало то, что я выходила на работу, когда моему ребенку было всего три месяца. Мы с мужем по очереди сидели с малышами. Разговоры о том, что государство дает возможность сидеть с ребенком до трех лет прекрасны. Но за это время я растеряю все свои навыки. В наше время по-другому просто нельзя было жить. Нам же ничего не доплачивалось. Жили мы на съемной квартире, иногда сковородку было не на что купить. Мы с мужем зарабатывали, как могли. И я твердо убеждена, что состоялась как мать. Мои дети выросли небезразличными к обществу, умными, талантливыми, трудолюбивыми. Они ничуть не хуже тех детей, с которыми матери сидели дома до трех лет. Мне хватало времени и чтобы рассказать им сказку и чтобы накормить. Летом я брала их в охапку и ехала на юг, где мы все вместе жили на съемной квартире «дикарями».
Я понимаю, что есть неработающие женщины, которые видят свое призвание в том, чтобы родить и воспитать хороших детей, и я никоим образом не умаляю их значение. Просто этот путь был не для меня. Я думаю, что если бы я сидела дома, то дала бы своим детям гораздо меньше. Я считаю, что сейчас молодые мамы не всегда понимают, что воспитание – это не всегда пребывание.
- Как Вы проводите свободное от работы время?
- Я родилась в год вола, и по-прежнему тяну все на себе, как вол (улыбается). В лучшем случае я возвращаюсь домой в семь часов вечера. В выходные я решаю проблемы, возникающие дома. Для меня отдых, это дом в котором мы с мужем живем. У нас есть маленький огород. И, несмотря на все увещевания мужа, я все равно сажу и морковь,  и огурцы,  немного картофеля. Каждый день, когда бы я ни пришла домой, я  обязательно читаю – не могу без этого. Во время того, как готовлю еду, я смотрю телевизор. Причем это могут быть банальные телешоу. Мне важно видеть какие сейчас живут люди, что им интересно. Иногда я искренне восхищаюсь ими, а иногда удивляюсь им. Мне нравятся разные люди. Я понимаю, что каждый человек создает колорит общества, в котором живет. И мне интересно за всем этим наблюдать.
- Расскажите, пожалуйста, интересные случаи из Вашей практики.
- За 50 лет работы их было очень много. Каждый случай неповторим. Бывает, что при весьма стандартных жалобах у человека выявляется нечто иное, чем предполагалось. В этом и заключается искусство диагностики. Как сказал один известный ученый: «Я предполагаю, что есть талантливый физик в 25 лет, но талантливый врач в этом возрасте не существует». Случаев у меня было много разных, и когда я оказывалась на высоте, и когда совершала ошибки. Мне кажется, что рассказывать о достойных моментах нескромно, а об ошибках говорить не стоит. Они всегда при мне, я их всегда помню, и стараюсь боле не совершать.
Хотя поделюсь одним случаем. Будучи главным врачом, я старалась участвовать в разных консилиумах. И вот у нас в больнице погибал ребенок. Его мама, доктор, искреннее считала, что ухудшение наступило после того, как малыш сунул пальцы в розетку. И вот собрался консилиум, каждый смотрит то, в чем специалист. А поскольку я получила очень хорошее общее медицинское образование, то обратила внимание на живот ребенка. Он показался мне хирургическим, то есть требовалось срочное вмешательство хирурга. А все собравшиеся склонны верить версии мамы. Меня на тот момент поддержала только Нина Константиновна Алексеева, заместитель по детству. Мы отвели в сторону хирурга и поговорили с ним. Главные слова тогда произнесла именно Нина Константиновна. Она сказала, что если ребенок умрет, ей будет его жаль. Но, если он умрет, и выяснится, что имела место быть хирургическая патология, то мне и вас, как хирурга жалко». После этого ребенка прооперировали -  выяснилось, что у него был аппендицит с перитонитом. Если бы вовремя не сделали операцию, ребенок бы погиб. А он жив и здоров по сей день.
Я рассказываю этот случай не в качестве показателя своей хорошей работы, а в качестве примера того, насколько важно иметь свое собственное мнение. Конечно, гораздо легче, когда твою точку зрения разделяют все, но иногда нужно уметь настоять на своем. У нас в практике это помогло спасти жизнь ребенка.

 

Из статьи "Гоча-сприт : неуставные отношения в медицине" // НАША ГАЗЕТА "ЛИЧНОЕ ДЕЛО". - 2003. - № 3.

Раиса Петровна Кирина для города Чайковский фигура культовая. Последние пятнадцать лет - главврач ЦГБ. Волевая, предельно креативная, стиль управления авторитарный, безумно популярная среди населения. В коридорах облздрава авторитетна, в кабинетах ПОФОМСа уважаема. Что еще нужно хорошему врачу-администратору, чтобы достойно сохранить ЦГБ в пятерке лучших лечебных учреждений губернии? Подготовить преемника. К сожалению, не в характере Раисы Петровны терпеть рядом еще одного лидера. Оттого разошлись ее пути-дороги с замом по лечебной части Валентиной Шитовой. Как это по-женски, но жизненно понятно: враги-подруги. Тогда кто-то в Гоча-сприт лишь слезу смахнул умиленно, а кто-то занес в архивы политических перспектив.

Раиса Петровна, мобилизовав всю свою энергию, потянула из финансовой прорухи социально-значимые для города учреждения. Все сама, вплоть до распоследней санитарной косынки. При этом не бросила врачебную практику.

Шитова в это время уходит в бизнес и возглавляет медицинскую страховую компанию. Бывшие коллеги руками развели удивленно: зачем? Хороший был кардиолог. Вот оттого и сидят ее прежние коллеги на бюджетных окладах, коль руками машут да удивляются. "Чайковскмедстрах" просуществовал недолго. Местные операторы финансовых потоков постарались. Пермский областной фонд обязательного медицинского страхования, сделав оргвыводы, предпочел работать с другой компанией - "Газмедстрахом". Поскольку в этой компании не нашлось места Валентине Шитовой, то пусть это выделится в отдельную историю.

Скандал как орудие производства

Не одно столетие человечество озвучивает порочность девиза: цель оправдывает средства. А реалии жизни упорно доказывают обратное. Такие вот такие фиговые у нас средства.

Неприятности и Раисы Петровны Кириной в качестве главврача ЦГБ приняли характер лавинообразности как-то одновременно с приходом нового мэра. Проколы врача-администратора шли один за другим. В кулуарах городской администрации все настойчивей упоминался пенсионный возраст Раисы Петровны. Последней каплей оказался скандал с заезжим иммунологом в октябре 2002-го года.

Приезжий обладал удивительно весомым пакетом документов, подтверждающих его право на медицинскую практику. Предварительно он нанес визит в горздравотдел. От главврача ЦГБ зависело лишь заключение договора об аренде помещения. Раиса Петровна сделала это и ушла в отпуск. Она готовилась в аттестации учреждения весной 200З-го года - логичному и достойному завершению ее многолетней работы в здравоохранении, тридцать из которых отданы больнице, где она в течение пятнадцати лет была главврачом.

Во время ее отсутствия тесты на иммунные возможности организма прошли многие. В числе первых оказались чиновники городской администрации и члены их семей. Когда случайно выяснилось, что с кровью пациентов работал самозванец, а в штате у него состоял вич-инфицированный лаборант, началась паника.

Выйдя из отпуска, Раиса Петровна написала заявление об уходе, но продолжала работать, поскольку в Гоча-сприт-администрации ни да, ни нет: "Принято к рассмотрению". Главврач проводила очередную оперативную линейку, когда "типа сюрприза" в кабинет вошла Валентина Шитова с заместителями и букетом роз. Прямо с порога началось торжественное прощание "с дорогой и многоуважаемой". Очевидцы вспоминают этот эпизод вне зависимости от своих личных симпатий: с жалостью, печалью и омерзением. Раиса Петровна всегда держала удар достойно, но в этот раз впервые подчиненные увидели в глазах своего главврача слезы. Слезы не катились по щекам, они примерзли в глазах к выражению глубокой профессиональной обиды и униженной чести.

Библиография:

  1. Алексенко, П. Варианты не для меня! / Полина Алексенко // Прикам-Контакт. – 2007. – 17 мая (№ 19). – С. 25.
  2. Фадеева, Т. Здравствуй, Чайковский. Москва подождет / Татьяна Фадеева // Огни Камы. – 2006. – 2 июля. – Спец. вып. : Любимому городу – 50! – С. 21.
  3. Кирина, Р. П. «Это все мой крестьянский характер» : интервью с Раисой Петровной Кириной / Записала Ольга Березина // Местное время. – 2001. – Июнь. – Спец. вып.: Чайковский – след в истории. – С. 38. : фот.
  4. Чунтонова, Л. Белый свет увидеть – заново родиться! / Лилия Чунтонова // Огни Камы. – 1997. – 28 янв. (№ 11). – С. 1.
ßíäåêñ.Ìåòðèêà Ðåéòèíã chaiknet.ru